Земля нуждается в хозяине

20.12.2018 377

Одним из первых в нынешнем сезоне завершило уборку зерновых крестьянское хозяйство «Достык-99» из Байзскского района. Урожай получили хороший — некоторые сорта пшеницы и ячменя дали по 40 центнеров с гектара. Но глава хозяйства Богенбай Битабаров радоваться не спешит. Потому что одно дело вырастить и снять зерновые, и совсем другое найти покупателя на пшеницу, чтобы окупить затраты на весенние полевые и уборочные работы.
Вообще «Достык-99» можно назвать одним из хозяйств, довольно крепко стоящих на ногах. Оно было создано почти двадцать лет назад на базе крупного колхоза «Трудовой пахарь». В селе Туймекент Байзакского района до сих пор стоят крепкие, построенные на века здания. Сегодня здесь располагается база крестьянского хозяйства «Достык-99».
— В 1999 году, когда мы начали работать, нас было 143 человека, — рассказывает глава хозяйства Богенбай Битабаров. – На праве паевого владения все мы владели 1300 гектарами пашни. Конечно, поначалу было очень трудно. Техника нам досталась от бывшего колхоза, мы ее чинили, как могли, работали. Сегодня у нас имеется 1200 гектаров пахотной земли, 6000 гектаров пастбищ. Но работать остались только 16 человек, все предпенсионного возраста.
— Молодежь не хочет работать в поле? Или вы никого не приглашаете?
— Молодежь старается быстрее уехать из села или найти легкий способ заработка. А земля нуждается в хорошем хозяине. Я помню, что самые тяжелые времена – это начало 2000-х. Мы пережили все трудности, устояли на ногах. Только с 2003 года начали получать прибыль. Сельское хозяйство требует много сил и здоровья от человека. Раньше механизаторы на пенсию уходили в 55 лет. Сегодня у всех, несмотря на условия труда, пенсионный возраст один – 63 года.
— Что вы сегодня выращиваете на своих полях кроме зерновых культур?
— Под зерновые культуры хозяйство отвело 600 гектаров, то есть, половину имеющейся пашни. Из них под пшеницей было занято 254 гектара, ячменем 356. Пшеница в нынешнем году получилась хорошая, а вот ячмень ожиданий не оправдал по причине сложных погодных условий этой весны. Из семян, закупленных в России, ячмень вырос неплохой, а из местных урожай не удался. Урожайность между тем фермера устроила – от 30 до 40 центнеров с гектара. К уборке приступили 27 июня, и все работы были закончены 25 июля. Все это время на полях находилось три комбайна, один из которых были приобретен в нынешнем году на собственные средства. В настоящее время идет уборка сафлора. Помимо пшеницы и ячменя в этом году посеяли зерновые, кормовые, масличные, овощи, бахчевые. Сахарную свеклу нынче не сажали, но на будущий год уже отвели под нее пашню.
— А субсидии вовремя получаете?
— Какие там субсидии. Мы их получаем только когда урожай снимаем. И то субсидирование нам положено только на приобретение семян, дизельного топлива и удобрений. Все остальное убрали. Мы в прошлом году приобрели в России семена пшеницы четырех сортов. И осталось без субсидий. Так как дело было в октябре, все средства, выделенные на субсидии, были потрачены. А с начала субсидии уже отменили.
— Получается, что сегодня в поле работать не выгодно?
— Кто хочет работать и получать прибыль, тот работает. Но все равно мешает то, что постоянно вносятся изменения в правила субсидирования и поддержки аграриев. Вот мы сейчас сидим и ждем, что еще нового в этом плане придумают. Живем в полном неведении. Я, к примеру, понятия не имею, кому и куда продам собранное зерно. Стоимость его будет определена государством, но трудно представить, как жить и работать дальше, когда цена одного литра дизтоплива равна четырем килограммам пшеницы. Это сколько тогда должен стоить килограмм хлеба? Но если поднять стоимость одной буханки до 200 тенге, у нас все бастовать начнут. Однако почему-то никто не возмущается, когда стоимость солярки поднимается почти до 200 тенге за литр. Ситуация выглядит, мягко сказать, абсурдно. Я не понимаю, почему государство не закрепляет стоимость льготного топлива на время весенних полевых работы и жатвы. Ведь подорожание горючего в первую очередь бьет по сельхозникам, которые трудятся на 5-10 гектарах земли и не имеют собственной техники. Как им дальше существовать? Я считаю, что нужно пересмотреть систему распределения льготного горючего с обязательным закреплением установленной цены на него. А то ведь в нынешнем году как у нас вышло. В начале года солярка стоила 145 тенге за литр. Государство закупило 200 тонн горючего по этой цене. Следовательно, и субсидии крестьянам выплачиваются, исходя от этой цены. А у операторов ГСМ стоимость солярки изменилась с учетом повышения. То есть фермеры вынуждены тратить на жатву собственные средства. Мое хозяйство в общей сложности на весенние полевые работы и жатву уже потратило более 60 миллионов тенге. Я эту сумму еще смогу вернуть и не останусь внакладе. Но ведь не все смогут потянуть подобные расходы при имеющейся системе так называемой поддержки сельхозтоваропроизводителей. Тем нее менее мы работаем.
— Можно решить все волнующие вас проблемы путем создания сельских производственных кооперативов, на которые сейчас делают ставку?
— Я уверен, что объединение мелких крестьянских хозяйств в сельхозкооперативы не способно решить проблемы, накопившиеся в аграрном секторе за последние годы. Было бы целесообразнее создать одно крупное формирование на базе конкретного села. Тогда госакт находился бы в руках председателя, а члены кооператива получили бы возможность работать и получать полагающиеся дивиденды. Существующая же система кооперативов позволяет их членам в любой момент выйти из СПК и забрать свои активы. В итоге объединение может распасться в любой момент, а государственные средства, выделяемые на поддержку этих формирований, опять окажутся потраченными напрасно. Мы говорили об этом прежнему руководству областного акимата, и даже предложили идею создания СПК по принципу «Одно село – один кооператив». Но она не нашла понимания. И сегодня продолжается работа по созданию фиктивных СПК. Поэтому если мне предложат вступить в сельхозкооператив, я однозначно не соглашусь.
— Ваше хозяйство специализируется исключительно на растениеводстве?
— Нет. Мы занимаемся также содержанием крупного рогатого скота, лошадей и верблюдов. Производство молока и мяса позволяет оставаться на плаву, получая прибыль по принципу «одно другое перекрывает». Но создавшееся положение, по моему мнению, необходимо менять. Потому что работать на земле становится все труднее, и факт, что все большее количество моих земляков не желает заниматься натуральным хозяйством, уже никого не должно удивлять.
Людмила МЕЛЬНИК, Жамбылская область
фото Виктора БАРБАША

Поделиться:

Похожие статьи