Зачем мясные магнаты пришли в Казахстан?

08.06.2018 387

Сразу три мировых ТНК — итальянская Inalca, ирландская Dunbia и австралийская Cedar Meats — объявили о планах по строительству мясокомбинатов в Казахстане. Они будут вместе с казахстанскими фермерами и крупными откормочными площадками участвовать в экспортной цепочке казахстанского мяса за рубеж. Топ-менеджмент трех ТНК рассказал«Капитал.kz» о своих планах в Казахстане.
Последние годы нефтяной нестабильности, когда цена на главный продаваемый ресурс Казахстана играла на нервах нашей экономики, руководство страны приняло окончательное решение переформатировать производство и экспорт. Нет, конечно, нефть и ее продажи никуда не денутся, просто к ней добавится еще одна системообразующая отрасль, которая должна приносить большой доход в государственную казну. В широком смысле это сельское хозяйство, но с фокусом на животноводство: выращивание в промышленных масштабах, переработка и продажа на экспорт мяса.
Какое мясо выгодно производить Казахстану?
Сразу расставим все точки над i: речь идет, прежде всего, об экспорте, а именно продаже излишков мясной продукции за рубеж с целью зарабатывания денег отечественными компаниями. Они могут делать это сами или в кооперации с иностранными инвесторами, но в любом случае ставка на развитие животноводства в стране приведет к широкому вовлечению предпринимателей в этот процесс, открытию кредитных линий, созданию рабочих мест и выплаты налогов в бюджет.
Тут следует развеять мифы, которые прочно укоренились в головах наших граждан о том, что Казахстан якобы не способен прокормить сам себя, куда уж нам еще и на экспорт соваться. Это не так: республика уже обеспечивает свой внутренний рынок и говядиной, и бараниной, и кониной, и даже свининой. Импорт, если и имеет место, то блочного мяса для заводов-переработчиков. Точно так же доля импорта говядины присутствует и у крупнейших производителей этого вида мяса, таких как Австралия, Новая Зеландия, Канада и Аргентина. Однако все разговоры о том, что у нас на прилавках лежит мясо из далекой Бразилии или еще из какой-нибудь экзотической страны, являются не более чем вымыслом.
Более того, если мы говорим об экспорте, то есть о зарабатывании денег для нашей экономики, то речь не приходится вести о таком специфическом мясе как конина. Ее попросту не везде едят, поэтому и продавать товарными партиями сложно.
Как бы это парадоксально ни звучало, Казахстану гораздо перспективнее и выгоднее производить свинину, которую купят везде. Тем более что под боком находятся Россия с ежегодным потреблением 265 тыс. тонн свинины и Китай с потреблением 1 млн 942 тыс. тонн свинины в год. Наша республика производит 91 тыс. тонн свинины ежегодно, что хватает для удовлетворения внутреннего аппетита. Но для развития экспортного потенциала необходимо довести этот показатель до 200 тыс. тонн в год, а это возможно только с развитием племенной базы животных. Впрочем, первые шаги в данном направлении уже делаются.
Поэтому главной продукцией животноводства на экспорт в настоящее время остаются, прежде всего, говядина и в меньшей степени баранина. Говядина — мясо, которое купят во всем мире, кроме Индии, плюс Казахстану уже удалось далеко продвинуться в развитии породистого поголовья крупного рогатого скота: ангусов, герефордов и казахской белоголовой. Баранина — это, прежде всего, экспортный продукт для стран Ближнего Востока, куда отправляется как замороженное и охлажденное мясо, так и живой скот.
Сколько может заработать фермер на экспортной цепочке?
Также следует развеять мифы о том, кто сможет заниматься экспортом. Малые профессиональные фермерские хозяйства, имеющие в среднем от 50 до 200 голов КРС или от 600 до 1200 голов МРС, экспортом заниматься не смогут. Их задача — выращивать молодняк после того, как они получили в бесплатную аренду быков и баранов-производителей на покрытие своего стада от крупных фермерских хозяйств. Им государство по линии холдинга«КазАгро» выдает кредиты на приобретение маточного поголовья, на закупку сельхозтехники и оборудования. Плюс субсидируется каждый бычок или барашек в случае, если фермер«правильно» продает их в нужные руки: тем, у кого бесплатно брал быков и баранов, — на откормочную площадку КРС или на экспортно ориентированное предприятие по переработке баранины.
Простой пример. На минувшей неделе Минсельхоз вместе с «дочкой» АО НУХ «КазАгро» — Аграрной кредитной корпорацией (АКК)  — презентовал первый кредит по госпрограмме интенсивного развития животноводства. Кредит в размере 23 млн 390 тыс. тенге сроком на 15 лет под комфортную ставку в 4% годовых выдали малому фермерскому хозяйству«Манат» из Ерейментауского района Акмолинской области. Его хозяин Манат Тлепов на часть этих денег закупит 70 голов маточного поголовья казахской белоголовой. Отечественный чистопородный скот может обойтись в 550 тыс. тенге за голову, в случае же если придется завозить импортный, например, из приграничных регионов России, то цена может составить 625 тыс. тенге. Но в случае импортного ввоза государство выделит дополнительную субсидию на каждую голову племенного скота. Это делается для того, чтобы стимулировать наращивать поголовье породистого скота внутри страны.
Затем фермер возьмет в безвозмездную аренду быков-производителей из расчета один бык на 25 телок у местной крупной откормочной площадки и в начале следующего года получит приплод в 70 телят. Примерно половину, или 35 голов, из них составят бычки. Он их вырастит: они будут резвиться на джайляу, а он — внимательно присматривать за ними. В этом и заключается смысл всей миссии малого фермера — не дать погибнуть ни одному бычку. Имея 50, а в перспективе 100 или более бычков, он проследит за ними с большей эффективностью в отличие от крупных ферм, где счет бычков может идти на тысячи.
Спустя еще год он сможет продать первую партию бычков откормочной площадке за 600−800 тенге за килограмм живого веса. Если потомство наберет оптимальный вес — в среднем по 300 килограмм, то за голову каждого бычка фермер получит 240 тыс. тенге Плюс 40 тыс. тенге — субсидия государства за продажу в «правильные» руки. То есть 280 тыс. тенге за одну голову, или 9 млн 800 тыс. тенге дохода, после первой продажи уже через год работы.
Как будет зарабатывать крупный бизнес?
Далее в игру вступает промышленная откормочная площадка, которая доводит вес каждого бычка до 600-700 килограмм и продает его на мясокомбинат. По своему функционалу и масштабам экспортом может заниматься уже сама откормплощадка. Но если в ее группу компаний не входят перерабатывающие мощности в виде завода, тогда она способна продавать живой скот за границу. Так, например, поступает крупнейшая в Казахстане откормочная площадка «Актеп», расположенная в Актюбинской области, которая поставляет тучный КРС на мясокомбинат компании Inalca в Оренбургской области РФ.
Впрочем, откормплощадка и мясокомбинат могут быть единым целым, принадлежа одному хозяин, — тогда выход на экспорт облегчается и масштабируется, ведь можно продавать уже переработанную охлажденную продукцию как на экспорт, так и внутри страны. Хозяева мясоперерабатывающих предприятий и/или откормочных площадок — это крупные предприниматели, способные формировать товарные партии для поставок своим партнерам за рубежом. Они входят в ассоциации и союзы, лоббирующие их интересы на самом высоком уровне, их могут включить в правительственные делегации для участия в переговорах об экспорте продукции в другие страны, они принимают участие в международных отраслевых форумах, где заводят дружбу с иностранными компаниями — потенциальными покупателями. Они в силах обеспечить свой скот кормами и снабдить кормами малых фермеров-партнеров, решить вопрос с ветеринарией и маркетинговым продвижением своей продукции.
Мясокомбинаты — слабое звено?
В общем, такая система выстроена во всех передовых животноводческих державах: Аргентине, Бразилии, США, Канаде, Австралии и Новой Зеландии. Точно такую же структуру перенимает и Казахстан. У нас уже складывается класс малых и средних профессиональных животноводов, коих 20 тыс. по стране  с прицелом до 100 тыс. к 2027 году, и крупные национальные животноводы — держатели откормочных площадок с поголовьем от 3 тыс. до 10 тыс. КРС(«Актеп», «Север-Агро», «SC Food» и т. д.). Последних — 30 по Казахстану с планом до 100 площадок через 10 лет.
Но лишь одно звено в этой идеальной цепочке работает пока не на полную мощность. Это перерабатывающие предприятия — мясокомбинаты, которые должны давать объемы, формируя товарные партии на экспорт фурами и вагонами. А также перерабатывая все животное без остатка, включая шкуру, кости, кровь, стекловидное тело глаз и содержимое кишечника. Так, чтобы после бычков оставался лишь вздох и памятные фотографии с джайляу. Однако такую технологию в Казахстане способны внедрить сегодня только крупные иностранные транснациональные корпорации (ТНК). Им-то и суждено взять под управление наши простаивающие мясокомбинаты или построить новые заводы под ключ.
Чего хочет ирландская Dunbia?
Недавно Казахстан посетил промышленный магнат из Северной Ирландии Джек Добсон — учредитель и совладелец крупной мясоперерабатывающей компании с мировым именем Dunbia. Это прямой конкурент итальянской корпорации Inalca, входящей в группу компаний Cremonini, строящей мясокомбинат емкостью 30 тыс. тонн переработанной говядины в год в Илийском районе Алматинской области. Конкурируют они в одном глобальном сегменте — за поставки мяса говядины в сеть ресторанов McDonalds по всему миру.
Но, разумеется, Dunbia хочет зайти на казахстанский рынок не столько из-за одной ревности к Inalca, сколько из-за резкого увеличения мясной сырьевой базы в Казахстане, что стало возможным после 2011 года, когда в стране заработал проект экспортного потенциала мяса КРС. Программы кредитования на разведение крупного и мелкого рогатого скота мясного направления «Сыбага» и интенсивного мясного животноводства до 2027 года дополняют и развивают этот первоначальный проект. Собственно, форсированное выстраивание в республике мясного кластера по принципу кооперации малых фермерских хозяйств и крупных откормплощадок и есть результат этих инициатив.
Понимая это, Dunbia стала присматриваться к нашему рынку. Как вариант для тесного сотрудничества Джеку Добсону было предложено взять в управление простаивающий мясокомбинат Crown Batys в Западно-Казахстанской области. Предварительно он высказал свое согласие, но выдвинул встречное условие, чтобы рядом с заводом была построена мощная откормочная площадка силами национального инвестора для постоянной поставки скота на убой. Соинвестировать новый мясной кластер в ЗКО изъявила желание крупная компания «Север-Агро» из Костанайской области. Сейчас проходит стадия переговоров и согласований.
По словам учредителя корпорации Dunbia Джека Добсона, его компания, помимо инвестиций в перерабатывающее предприятие, способна осуществить трансферт технологии глубокой переработки животных.
«Я был очень впечатлен, когда посещал откормочные площадки и мясоперерабатывающие заводы вашей страны, — — сообщил Джек Добсон «Капитал.kz». — Однако должен отметить, что, для того чтобы наладить здесь производство, необходимо обеспечить Казахстан сырьевой базой. Очень важно иметь достаточно бычков для того, чтобы заводы работали на полную мощность. К тому же я заметил, что в Казахстане практически отсутствуют заводы, где бы крупный рогатый скот перерабатывался без остатка. Более того, из отходов животных мы могли бы наладить производство кормов для рыб и птиц. Параллельно мы можем принимать казахстанских специалистов на нашем заводе в Северной Ирландии и обучать их самым последним технологиям забоя скота и переработки мяса.
Какие планы у итальянской Inalca?
В свою очередь вице-президент Inalca Eurasia- корпорации, которая уже заложила первый камень в строительство нового мясокомбината под Алматы, Андрей Вакулин отметил, что планы прихода в Казахстан компания вынашивала давно, и только недавно им суждено было сбыться.
— Дело в том, что наша ТНК еще в 2015 году на выставке EXPO в Милане в присутствии президента Казахстана и премьер-министра Италии подписала большое инвестиционное соглашение с АО „KAZNEX INVEST“, —  сказал«Капитал.kz» Андрей Вакулин. — Меморандум гласил, что Inalca готова инвестировать в переработку и дистрибуцию мяса в республике 500 млн евро в течение 10 лет. Экспортный потенциал предприятия широк: Россия, Китай, страны Центральной Азии.
Он признал, что, действительно, сейчас в Казахстане имеющиеся технологические мощности переработки позволяют переработать лишь 50% туши животного. Однако кровь животного, содержимое желудка, кишечное сырье, кости просто выбрасываются.
— Полная же утилизация животных подразумевает переработку содержимого желудка на органические удобрения, — отметил Андрей Вакулин. — Кровь, если она собрана в чистом виде без попадания на пол, послужит сырьем для медицинской промышленности. Кишечное сырье — это дефицитный товар для колбасного производства. Мясокостная мука — это корма и удобрения. Жир тоже разлагается и служит составной частью для косметических и технических жиров. Прочие субпродукты идут на технические протеины, которые тоже используются в пищевой и перерабатывающей промышленности.
Австралийская ТНК тоже пришла
Наконец, австралийская компания Cedar Meats — один из крупнейших в мире производителей баранины и ягнятины — приступает к строительству своего мясоперерабатывающего завода в городе Аягоз Восточно-Казахстанской области. Мощность проекта составит 5700 тонн ягнятины и баранины в год. Стоимость — $23 млн.
Гендиректор Cedar Meats Тони Кайруз пояснил, что основной завод компании находится в Мельбурне. Он перерабатывает 7200 голов мелкого рогатого скота за одну смену в день.
— Мы очень близко находимся к морским портам, у нас имеется очень хорошая сеть дистрибуции, — заверил Тони Кайруз. — Мы экспортируем свою продукцию в Евросоюз, Северную и Южную Америку, Юго-Восточную Азию и Китай. При этом мы готовы принести свой бренд в Казахстан и продемонстрировать вам, что наши стандарты — это высокие стандарты. Что они могут быть воспроизведены и в других странах, и первой из таких стран будет именно Казахстан. Бренд Jumbo для нашей ягнятины теперь станет известен и в Казахстане. При этом я хочу подчеркнуть, что мы серьезно вкладываемся в персонал, в людей — это и сделало нас теми, кем мы являемся.
Как видим, весь цикл, который начинается с малых фермерских хозяйств наподобие ФХ «Манат» в Ерейментауском районе Акмолинской области, замыкается приходом технологичных инвесторов из-за рубежа, готовых вкладывать деньги в казахстанские заводы. А между ними уже существует довольно толстый слой национального бизнеса, контролирующий откормочные площадки по всей стране.
фото с сайта baady.ru

Поделиться:

Похожие статьи